Основные семантические и синтаксические категории языковых выражений

Время: 25-02-2013, 11:28 Просмотров: 2097 Автор: antonin
    
Основные семантические и синтаксические
категории языковых выражений
Все значащие выражения языка, то есть выражения, яв-
ляющиеся знаками, могут быть разбиты на некоторую сово-
купность классов, называемых семантическими категориями.
Семантическая категория — это класс выражений с одно-
типными предметными значениями, при этом включающий
все выражения с предметным значением данного типа.
К числу семантических категорий относятся прежде все-
го предложения, причем каждый из видов предложений, вы-
деляемых по содержанию (а именно повествовательные, во-
просительные и побудительные), составляет отдельную кате-
горию. Все остальные знаки языка — это возможные части
предложений. Они с логической точки зрения делятся на
дескриптивные и логические термины. Среди дескриптив-
ных выделяются в качестве самостоятельных семантических
категорий: имена, предикаторы и предметные функторы. Ло-
гические термины (логические константы) в свою очередь
распадаются на несколько видов семантических категорий.
Каждая из семантических категорий, выделяемых в со-
ставе предложений, выполняет особую синтаксическую роль
в строении предложения, его формировании или в определе-
нии его смысла, и потому является особой синтаксической
категорией. Таким образом, знаки, составляющие части
предложений, однотипные по своим предметным значениям,
оказываются однотипными по своей синтаксической роли в
языке. Далее при функциональной характеристике семанти-
ческих категорий (см. § 7 «Функциональные синтаксические
характеристики основных семантических категорий языка»)
увидим, что каждый знак, относящийся к некоторой семан-
тической категории в составе какого-то предложения, пред-
ставляет собой определенную функцию, что именно и харак-
теризует эту семантическую категорию как особую синтак-
сическую категорию. Сами же предложения не играют ка-
1
Незначащими выражениями языка являются, например, знаки препи-
нания. Такие выражения называются синкатегорематическими. «Незнача-
щими» здесь — в смысле «не имеющими предметных значений», но они
значимы в том смысле, что выполняют в языке некоторые функции и, в
силу этого, относятся к синтаксическим категориям.
57
кой-либо синтаксической роли в языке, кроме того, что мо-
гут быть частями других предложений. Они выполняют осо-
бую роль лишь в самом процессе познания и в процессе
коммуникации.
Характеристика каждой семантической
категории состоит, во-первых, в выявлении особенно-
стей предметных значений знаков этой категории, во-вто-
рых, в указании видов знаков в составе каждой категории и
специфики их предметных значений, в-третьих, выяснение
типов смысла знаков в связи с типами предметных значе-
ний, в-четвертых, для всех знаков, кроме предложений, вы-
яснение их синтаксической роли в составе предложений.
Полезно однако, заметить, что не всегда эти характеристики
можно выявить достаточно четким образом, различение их
имеет, скорее, не практическое, а теоретическое значение,
существенное именно для понимания языка как средства по-
знания.
• I. ИМЕНА — слова и словосочетания, являющиеся знаками
предметов. Слово «Предметы» здесь, как уже говорилось, ис-
пользуется в широком смысле. Они понимаются как предметы
познания, это все то, что может быть предметом обсуждения,
то, о чем можно — осмысленным образом — что-то утвер-
ждать или отрицать. Хотя утверждая или отрицая что-то о
чем-то, мы вынуждены употреблять имя этого чего-то. Так ло-
гическими подлежащими простых повествовательных предло-
жений, например, всегда являются простые или сложные име-
на. Таким образом, понятие предмета и имени тесно связаны
друг с другом. По существу, предметом мысли является все то,
что обозначено именем. Таковыми могут быть не только от-
дельные вещи (типа деревьев, домов и т. д.), но их свойства и
отношения (таковы, например, «свойство электропроводности
металлов», «отношения отцовства»), процессы («экономиче-
ская реформа», «землетрясение», «война»), явления, события
(«гром», «молния», «взрыв», «удар» и т. п.), а также и множе-
ства или классы предметов («множество жителей Москвы»,
«класс млекопитающих» и т. д.). Таким образом, имя — в свою
очередь — может быть охарактеризовано как языковое выра-
жение такого рода, которое, будучи соотнесенным в качестве
знака с каким-либо предметом, явлением, процессом действи-
тельности, превращает его в предмет мысли.
58
При таком широком понимании предмета и имени как
его знака, фактически все в действительности, что имеет бо-
лее или менее качественно определенный характер и может
быть мысленно выделено из всего многообразия действи-
тельности, может стать предметом мысли, будучи поимено-
ванным. Казалось бы нет смысла различать предметы и то,
что о них может утверждаться или отрицаться. Иначе гово-
ря, нет смысла и даже возможности различать, например, с
одной стороны, предметы, а с другой — их свойства и отно-
шения, поскольку последние также могут быть предметами
мысли. Однако это необходимо и является возможным при
различении типов отношения знаков к обозначенным объек-
там. Одним из наиболее важных типов этих отношений яв-
ляется как раз отношение именования. Оно имеет место,
когда знак выступает в качестве имени того, что он обозна-
чает.
Другой тип отношения знаков к обозначаемым объектам
состоит в том, что знак, представляя этот объект, не являет-
ся, однако, его именем. Таковыми являются отношения зна-
ков свойств и знаков отношений к самим этим свойствам и
отношениям, наличие или отсутствие которых у соответству-
ющих предметов утверждается или отрицается в составе
предложений. Таковы рассматриваемые далее знаки, упо-
требляемые в составе предложений (предикаторы и предмет-
ные функторы). Предикаторы, например, играют роль логи-
ческих сказуемых в простых повествовательных предложе-
ниях (тогда как роль логических подлежащих таких предло-
жений играют простые или сложные имена) и поэтому не
являются именами обозначаемых ими объектов.
Имена, составляя единую семантическую категорию, де-
лятся на некоторые виды. Различаем, во-первых, единичные
(«Солнце», «центральное тело Солнечной системы») и общие
имена («планета», «большое небесное тело, вращающееся во-
круг Солнца»). Единичные имена обозначают отдельные
предметы. Общее имя является знаком произвольного пред-
мета некоторого класса. Отдельные авторы считают, что оно
тем самым является именем любого предмета класса и отли-
чается от единичного тем, что вместо одного предметного
значения имеет много таковых. Или, как говорят, если еди-
ничное имя имеет один десигнатор, то общее имя — много
таковых. Однако общее имя, например, «человек» или «го-
59
род», являясь общим знаком для предметов соответствую-
щих классов (людей, городов) вовсе не является также име-
нем каждого из них. Для каждого отдельного человека су-
ществует свое имя, как и дня всякого города.
По существу общие имена вообще не являются именами.
Само их название «имена» возникло очевидно из указанных
неверных представлений. На самом деле они представляют
собой своего рода переменные естественного языка (в фор-
мализованных языках их аналогами являются специальные
символы, называемые предметными переменными). Употреб-
ляя общее имя в качестве логического подлежащего предло-
жения в сочетании с так называемыми кванторными слова-
ми «всякий», «некоторые», «не один» и др., мы можем гово-
рить с его помощью что-то о классах в целом, например,
«все люди нуждаются в пище», «некоторые из людей зани-
маются научной деятельностью». В силу этого общее имя
становится (в процессе нашего общения и познания) пред-
ставителем соответствующего класса предметов. Именно
этот класс является предметным значением общего имени,
но не десигнатором его. Скорее можно сказать, что это эк-
стенсионал общего имени. Экстенсионалами вообще называ-
ют часто предметные значения имен, а десигнаторы — это
особый вид экстенсионала, а именно предмет, обозначаемый
единичным именем. Десигнаторами называют предметные
значения единичных имен. Таким образом, общее имя «чело-
век» является представителем класса людей, а имя этого
класса — единичное имя «класс людей» и этот класс — де-
сигнатор этого имени. Таким образом, отношение между об-
щим именем как знаком и его предметным значением отлич-
но от отношения именования. Это — просто отношение
«представительства», состоящее в том, что знак в процессе
общения и мышления выступает как представитель некото-
рого объекта.
Впрочем, есть способ образования имен отдельных пред-
метов класса из общего имени. Так, из общего имени «чело-
век» с помощью так называемых имен-указателей «этот»,
«тот» и при этом в некоторой определенной ситуации обра-
зуются такие единичные имена, как «этот человек» или «тот
человек». Известен также способ образования единичных
имен из общих — применяемый часто в математических
рассуждениях — посредством так называемого оператора
60
неопределенной дескрипции («некоторый из...», «какой-то
из...»). Так, говорят: «Рассмотрим некоторую точку А на пря-
мой а». Здесь «некоторая точка А на прямой а» — единичное
имя, обозначающее некоторую определенную, но не извест-
но какую фиксированную точку. Один и тот же знак, упо-
требляемый в качестве общего имени для предметов некото-
рого класса, используется часто как единичное имя, обозна-
чающее этот класс как особый вид предметов некоторого
рода. В этом смысле употребляется общее имя «человек»
(как имя определенного вида живых существ) в контексте:
человек появился на Земле около миллиона лет тому назад»,
«человек — разумное существо» и т. п.
Существенно отметить, что говоря указанным выше об-
разом — с использованием кванторных слов «всякий», «не-
который» — о классах, мы не употребляем имен самих клас-
сов, то есть не вводим в наше рассмотрение особых объек-
тов, каковыми являются эти классы. Именно введение объ-
ектов такого рода как классы или множества в те или иные
теории приводит часто к противоречиям. В известной канто-
ровской теории множеств появились противоречия за счет
введения таких объектов, как «множество всех множеств»,
«множество всех нормальных множеств» (таких, которые не
являются элементами самих себя). Эти объекты оказались
противоречивыми, и это указывает на то, что их можно счи-
тать просто несуществюущими. Однако это не значит, что
мы вообще не можем непротиворечивым образом говорить
что-то о множестве всех множеств или о множестве всех
нормальных множеств (например, о множестве всех мно-
жеств некоторых индивидов1 или о множестве всех нормаль-
ных множеств каких-то индивидов).
Мы делаем это, когда говорим, что каждое множество либо
пусто, либо непусто, конечно или бесконечно. Но само собой разу-
меется, что при этом требуется уточнение, какого именно рода
предметы мы допускаем в качестве элементов этих всех множеств.
Как общие, так и единичные имена делятся на описатель-
ные (сложные) и на неописательные (простые), имена. Про-
1
О понятии «индивид» см. в разделе «Семантика логики предметов»
(§11).
61
стыми (неописательными) именами являются имена, кото-
рые не имеют собственного смысла и могут иметь лишь при-
данный смысл («Эверест», «гора», «река», «Волга»). Слож-
ными (описательными) являются имена, которые имеют
собственный смысл («самая большая река в Европе», «плос-
кая, замкнутая, ограниченная тремя сторонами фигура»).
Имена имеют в качестве смыслов понятия, а именно по-
нятия соответствующих предметов. Мы уже упоминали так-
же, что они представляют собой обобщения типа: «слово, из-
меняющееся по падежам», «частица, представляющая собой
предел деления вещества, при котором сохраняются его фи-
зические свойства».
Последнее понятие составляет смысл слова «молекула»;
оно — приданный смысл этого слова. Но само понятие, как
и всякая мысль, тоже выражено в языке. Знаковой формой
понятия является описательное имя, а само понятие пред-
ставляет собой собственный смысл описательного имени.
На смыслах других семантических категорий мы здесь
специально не останавливаемся, но, вообще говоря, это тоже
понятия. Соответственно: это понятия свойств и отноше-
ний — для предикаторов; предметных функций — для выра-
жений характеристик предметно-функционального типа; ло-
гических отношений и операций — для логических терми-
нов.
Говоря более точно, надо различать собственные смыслы опи-
сательных единичных имен и описательных общих имен. Смыслы
единичных описательных имен — это особого рода понятия, кото-
рые называют индивидными концептами. В отличие от
понятия — смысла общего имени (например, «город, являющийся
столицей некоторого государства») индивидный концепт (напри-
мер, смысл описательного единичного имени «тот город, который
является столицей Франции») содержит дополнительную информа-
цию о единственности описываемого объекта. Другие примеры ин-
дивидных концептов: «тот человек, который первым полетел в кос-
мос», «та гора, которая является самой высокой в Европе». Харак-
терным для знаков индивидных концептов является употребление
логического оператора «тот..., который...», с его помощью единич-
ное описательное имя образуется из некоторого общего описатель-
ного имени. В естественном языке его (оператор определенной
дескрипции «тот..., который...») часто опускают, но с логической
точки зрения и вообще для избежания некоторых двусмысленнос-
тей его важно иметь в виду (см. гл. V).
62
Основная синтаксическая функция имен в языке состоит
в том, что они играют роль логических подле-
жащих в предложениях, то есть указывают именно на то,
к чему относятся содержащиеся в предложениях утвержде-
ния или отрицания, что является объектом той мысли —
суждения, которое составляет смысл предложений. При этом
есть существенные различия в употреблении единичных и
общих имен в качестве логических подлежащих. С помощью
единичных имен образуются предложения, выражающие
единичные суждения («Джакарта — столица Индонезии»,
«Естественный спутник Земли является остывшим небесным
телом»). Общие имена играют роль подлежащих в так назы-
ваемых множественных — общих или частных — суждениях
(«каждая планета Солнечной системы вращается вокруг
своей оси», «некоторые существительные не изменяются по
падежам»).
Повторим еще раз, что употребление общего имени в качестве
подлежащего требует дополнения, а именно, указания на то, отно-
сится ли утверждение или отрицание в суждении ко всем или не
ко всем предметам того класса, который представляет данное об-
щее имя. Функцию таких указателей выполняют явно выраженные
или подразумеваемые логические константы (кванторные слова) —
«всякий», «каждый», «любой» (указывают на общность суждения)
и «некоторые», «многие», «большинство» и т. п. (указывают на час-
тный характер суждения). Без таких указателей мы не имеем, по
существу, предложений. Нельзя, например, считать предложением
и оценивать как истинные или ложные такие высказывательные
формы, как: «число не является четным», «человек справедлив»1
и т. д.
Напомним, что общие имена представляют собой своеобразные
переменные естественного языка. Но именно тогда, когда они иг-
рают роль логических подлежащих в высказываниях; поэтому при-
веденные фразы аналогичны выражениям: «х — четно», «г/ —
справедлив», при условии, конечно, что «х» употреблен как знак
какого-то из целых чисел, а «г/» — как знак какого-либо человека.
Это — высказывательные формы, называемые в логике предиката-
1
По виду эта форма содержит утверждение или отрицание чего-то о
чем-то и потому как знаковая форма сходна с высказыванием, однако она
не истинна и не ложна (то есть является неопределенно-истинной), по-
скольку не известно, к чему именно относится наше утверждение или от-
рицание: к отдельным ли предметам класса или в ней идет речь обо всех
или некоторых предметах класса.
63
ми1. Из указанных предикатов, например, мы можем получить пред-
ложения (высказывания): «всякий человек справедлив», «некото-
рые люди справедливы» или, подставляя вместо переменных имя
определенного предмета: «6 — четно», «Иванов — справедлив»
и т. п. (подробнее о предикатах см. понятие «признак», гл. IV). Из
предикатов также образуются и понятия, например, «человек та-
кой, что он справедлив», «число такое, что оно является четным»
(см. гл. V).
Предикаты, по существу, представляют собой особую семанти-
ческую категорию языковых выражений. В естественном языке
они не выделяются в качестве таковой особым образом и употреб-
ляются лишь в составе высказываний и понятий.
Иначе обстоит дело в формализованных языках. Их выделение
существенно с познавательной точки зрения: на некоторой стадии
развития языка мы можем зафиксировать — в виде предикато-
ров — лишь некоторое ограниченное множество простых свойств
и отношений. Тогда как в процессе познания нам приходится
иметь дело отнюдь не только с этими простыми свойствами и от-
ношениями, поскольку в мире существует неограниченное мно-
жество и отнюдь не только простых свойств и отношений. То, что
для каждого человека существует женщина старше его и являюща-
яся его матерью, представляет собой высказывание, в котором
утверждается уже не простое, а сложное свойство человека. Не-
простым является также свойство Земли, утверждаемое в сужде-
нии: «Если ось Земли в некоторый момент ее вращения вокруг
Солнца наклонена в сторону Солнца, то в северной ее части имеет
место лето, а в южной — зима».
Предикаты могут быть выделены из высказываний, по крайней
мере, когда последние относятся к отдельным предметам, заменой
имен этих предметов переменными или — в естественном языке —
общими именами. Из последнего высказывания мы можем получить
предикат: «Если планета с наклоненной по отношению к плоскости
эклиптики осью вращения в какой-то момент вращения вокруг
Солнца наклонена осью к Солнцу, то в верхней ее части имеет мес-
то лето, а в нижней — зима». В формализованном языке вместо
«планета с наклоненной осью вращения» мы бы употребили опре-
деленный символ переменной, положим х, а область ее возможных
значений охарактеризовали бы приведенным выше описательным
именем.
С помощью предикатов, которые, в свою очередь, строятся из
предикаторов, переменных и логических констант, мы можем вы-
1
Как знаковые формы, это своего рода сложные предикаторы — зна-
ки свойств и отношений, при этом зачастую весьма сложного характера.
Наличие этих форм и их структурное многообразие выявляется в форма-
лизованных языках (см. § 11).
64
разить сколь угодно сложное свойство или отношение (по крайней
мере, с учетом наших физических возможностей и имеющихся в
языке исходных средств). Таким образом, множество предикатов в
языке представляет собой множество возможных — выразимых в
данном языке — свойств и отношений рассматриваемых областей
действительности (см. §§ 13, 14).
Наряду с ролью логических подлежащих, общие имена
могут играть также — в сочетании со связкой «есть» — и
роль логических сказуемых. Например, в пред-
ложениях «2 есть четное число», «Сократ есть человек» и др.
В этой позиции общее имя («простое число», «четное число»,
«человек») выступает уже не как переменная, а как предста-
витель класса предметов. В силу этого мы имеем в подобных
случаях нормальные предложения (истинные
или ложные). Впрочем, мы можем употреблять общее имя
как логическое сказуемое и без связки «есть», трактуя его
как знак того свойства или совокупности свойств (рассмат-
риваемой как одно свойство), которое является характери-
стическим для класса предметов, обобщаемых данным име-
нем. В таком случае образуемое предложение, например,
«Иванов человек» имеет смысл: Иванов обладает свойства-
ми, характерными для людей, то есть теми свойствами, кото-
рые выделяют людей из всего животного мира. Таким обра-
зом, разница между утверждениями «Иванов есть человек» и
«Иванов обладает свойствами, отличительными для людей»
состоит в том, что в одном случае мы утверждаем непосред-
ственно принадлежность Иванова к классу людей, а тем са-
мым — опосредованным образом — наличие у него типич-
ных для людей свойств, во втором же — говорим непосред-
ственно о принадлежности ему некоторых свойств и опосре-
дованно о принадлежности его к соответствующему классу
предметов. Будем говорить, что высказывания первого типа
имеют понятийную форму, а вторые — атрибутивную. Эти
различия не являются излишне детальными и понадобятся
нам в дальнейшем (см. § 29).
Существует мнение, что общее имя может употребляться ос-
мысленным образом в качестве подлежащего и без кванторных
слов. Приводят примеры: «Человек произошел от обезьяны» или
«Человек появился на Земле несколько миллионов лет тому назад».
Однако «человек» здесь употребляется не как общее имя, а как
единичное имя класса людей (как особого вида живых существ),
что уже было разъяснено выше.
3-2061 65
Единичные имена, в отличие от общих, не могут служить
логическими сказуемыми. Кроме указанной основной функ-
ции — быть логическим подлежащим — они употребляются в
качестве составных частей сложных имен, как единичных,
так и общих («столица Индонезии», «планета Солнечной сис-
темы»). Следует иметь в виду, что в русском языке бывают
случаи, когда одно и то же выражение в одних контекстах
может трактоваться как общее имя, а в других — как единич-
ное. Таково, например, приведенное имя «столица Индоне-
зии». При истолковании его как единичного подразумевается
логическая константа «тот..., который...». Без этой константы
«столица Индонезии» — общее имя, поскольку сама по себе
его форма указывает на класс предметов, а не на отдельный
предмет. Именем же этого предмета (единственного элемента
данного класса) будет «тот город, который является столицей
Индонезии». Возьмем два предложения, приведенные выше:
«Джакарта — столица Индонезии» и «Столица Индонезии —
большой город». В первом случае «столица Индонезии» — об-
щее имя, и именно в силу этого правомерно используется как
логическое сказуемое. Во втором случае — это же выражение
с подразумеваемой логической константой «тот город, кото-
рый является столицей Индонезии» — единичное имя.
Будучи представителем некоторого вида предметов, общее имя
выступает в некоторых контекстах в качестве знака той совокуп-
ности свойств, которые являются отличительными, характеристи-
ческими для предметов этого вида. Как видим, общее имя пред-
ставляет собой очень сложную, семантически многоаспектную ка-
тегорию. Этим объясняется, что в истории философии и языкозна-
ния оно имело различные истолкования. Существует даже особое
направление в философии — так называемый реализм, — основой
которого является представление о том, что общие имена являются
знаками особого рода сущностей — универсалий, таких, как «дом
вообще», «человек вообще» и т. д., которые согласно этой концеп-
ции реально существуют наряду с отдельными предметами (дома-
ми, людьми и т.д.). Древнегреческий философ Платон, именуя их
идеями, считал даже, что они существуют в особом мире идей, и
что отдельные вещи нашего мира являются лишь отражениями
этих идей. Как видим, при такой трактовке общего имени оно не
является даже общим именем, а особым, единичным именем от-
дельной идеи. Споры относительно истолкования общих имен про-
должаются и в настоящее время.
• И. ПРЕДИКАТОРЫ — выражения языка (слова или словосоче-
тания), предметными значениями которых являются свойства
66
(«твердый», «жидкий», «умный») и отношения («столица»,
«причина», «следствие», «брат», «южнее»). При этом имеются
в виду свойства и отношения, которые употребляются как ха-
рактеристики предметов познания, то есть как то, наличие
или отсутствие чего у предметов мы утверждаем в наших вы-
сказываниях.
Эти знаки так же, как и общие имена, не именуют, а
лишь особым образом представляют объекты, знаками кото-
рых они являются. Рассмотрим два предложения. «Сталь уп-
руга» и «Упругость — полезное свойство некоторых метал-
лов». В первом случае «упруга» — предикатор, знак свойст-
ва, но не имя его. Во втором же случае употреблено имя это-
го свойства.
Полезно иметь в виду, что предметные значения единичных
имен называют часто денотатами, десигнаторами, ре-
ферентами соответствующих знаков. Предметные значения
общих имен называют также экстенсионалами.
Следует учитывать и то, что каждому свойству соответствует
некоторый класс предметов: свойству упругости — класс упругих
предметов, свойству четности — класс чисел, являющихся четны-
ми. Каждому л-местному отношению соответствует множество
последовательностей из л-предметов. Например, двухместному от-
ношению «мать» соответствует множество пар людей: женщина,
которая родила кого-то, и тот, кто рожден ею. Эти классы свойств
и отношений называют часто объемами соответствующих
свойств и отношений. Ради определенных упрощений, например,
при анализе и характеристиках формализованных языков, в логи-
ке свойства и отношения отождествляются с их объемами. В таких
случаях предметные значения знаков-предикаторов тоже называют
экстенсионалами.
Вместе с тем некоторые авторы (в частности, Р. Карнап) вооб-
ще предметные значения всех знаков называют экстенсионалами,
а их смыслы — интенсионалами знаков.
Основную синтаксическую роль предикаторов нетрудно
уяснить исходя уже из типа их предметных значений. Пре-
жде всего они играют роль логических сказуе-
мых в предложениях. Предикатор, обозначающий свойст-
во, употребляется в качестве логического сказуемого, когда
утверждение или отрицание в предложении относится к од-
ному предмету или предметам одного класса. Когда он обо-
значает отношение, утверждение или отрицание относится к
паре, тройке — в зависимости от местности отношения —
67
отдельных предметов или классов предметов. Тогда мы име-
ем несколько логических подлежащих в предложениях. Та-
кова специфика так называемых суждений об отношениях:
«три меньше пяти», «Петров изучает несколько иностранных
языков», «все студенты сдают какие-нибудь экзамены». Ло-
гические подлежащие здесь соответственно: «3» и «5», «Пет-
ров» и «иностранный язык», «студент» и «экзамены».
Существенна также роль предикаторов в образовании
описательных общих имен: «человек, изучающий англий-
ский язык», «студент, изучающий какой-нибудь древний
язык», «число, которое делится (без остатка) на все числа», и
высказывательных форм — предикатов, обозначающих
сложные свойства и отношения.
• III. ПРЕДМЕТНЫЕ ФУНКТОРЫ — знаки этого вида мы встре-
чаем прежде всего в математике. Это «синус» («sin»), «коси-
нус» («cos»), логарифм («log»), «сумма», «разность», «произве-
дение». Однако знаки с подобными предметными значениями
мы встречаем и в естественном языке. Таковы «агрегатное со-
стояние вещества», «профессия», «национальность», «объем»,
«температура», «возраст», «расстояние». Предметными значе-
ниями этих знаков являются такие характеристики предметов
действительности, которые трактуют часто как свойства пред-
метов. Однако это не свойства. Знаками свойств, как мы виде-
ли, являются предикаторы. С математической точки зрения —
это знаки предметных функций, точнее (как это выявляется
в § 7) — это функции «предметно-предметного» типа, тогда
как предикаторы, обозначающие свойства, с математической
точки зрения характеризуются как одноместные функции
«предметно-истинностного» характера.
Однако, подходя к анализу этих выражений с точки зре-
ния понимания предметных значений рассматриваемых зна-
ков в естественном языке, мы должны прежде всего разли-
чить два вида предметных функторов. Значением результата
применения функтора первого вида к некоторому отдельному
предмету (из определенного класса — области определения
данного функтора) является некоторое свойство этого пред-
мета. Например, «агрегатное состояние вещества а» (где а —
«вода, находящаяся в данном месте») является именем одного
из свойств, для которых мы употребляем слова «жидкий»,
«твердый», «газообразный». «Профессия человека а» — это
«столяр», «водитель», «преподаватель» и т. п.
68
Предметные значения результатов применения функто-
ров второго вида (к предметам из области их определения)
можно характеризовать как значения или степени свойств и
отношений. Свойства, по крайней мере, в своем большин-
стве, как и отношения, могут различаться как присущие
предметам в большей или меньшей степени. Например, тело
имеет свойство занимать часть пространства. Но ясно, что
части пространства, занимаемые различными телами, явля-
ются различными: большими или меньшими. И слово «объ-
ем» (предметный функтор) как раз является общим именем
для этих возможных степеней указанного свойства. А в со-
четании с именем определенного предмета, например «объ-
ем Земли», указывает на определенное значение упомянуто-
го свойства для данного предмета. Аналогично разные степе-
ни имеет свойство тела, состоящее в том, что оно притягива-
ется к земле. И общим именем этих степеней (возможных
значений этого свойства) является предметный функтор
«вес».
Подобные различия по степеням могут иметь и отноше-
ния. Так, функтор «расстояние между какими-то пунктами
а и b» обозначает степень отношения «а удалено от Ь».
В указанных до сих пор примерах степеней свойств и отно-
шений имеются способы их измерений, соответственно чис-
ловых выражений. Имеются, однако, и такие свойства и от-
ношения, степени которых не поддаются числовым характе-
ристикам, по крайней мере, на существующем уровне разви-
тия науки. Таковы, например, способность, ненависть, при-
вязанность, талант и т. п. Для степеней отношения этого
рода нет способов измерения, поэтому, возможно, нет спе-
циальных знаков — предметных функторов — для обозначе-
ния этих степеней. В этих случаях употребляют лишь срав-
нение свойств и отношений по степеням «сильнее», «сла-
бее», «больше», «меньше» или некоторые их качественные
характеристики, например, для таланта: «большой», «яркий»,
«самобытный».
Смыслы рассматриваемых знаков (или смысловое значе-
ние вообще) при трактовке их как степеней свойств и отно-
шений составляют характеристики соответствующих степе-
ней. В принципе типы смысла те же, что и для имен, особен-
ность их смысла проявляется при понимании этих выраже-
ний как знаков предметных функций. В этом случае его со-
69
ставляют характеристики функций и именно такие, что от-
личают соответствующие функции от всех других (см. § 7).
Основная синтаксическая роль пред-
метных функторов (обоих указанных видов) состо-
ит в образовании сложных, своего рода описательных, имен:
как мы видели в одном случае — имен свойств, в другом —
степеней некоторых свойств (в силу этого предметные фун-
кторы иногда называют «имяобразующими»). Функторы
первого из указанных видов представляют собой то, что
обычно называют «основанием деления понятий» (см. § 23).
• IV. ЛОГИЧЕСКИЕ КОНСТАНТЫ — представлены двумя основ-
ными видами:
1. Логические связки — «если..., то...», «и» (иногда вместо
этого союза употребляется союз «а»), «или», «не».
2. Операторы — кванторные слова («всякий», «некоторые»;
есть другие варианты: для «всякий» — «любой», «каждый»,
для «некоторые» — «существует»), оператор определенной
дескрипции («тот, который»), оператор неопределенной де-
скрипции («некий из»).
С этими константами мы уже встречались в определении
логической формы высказываний, но здесь особо остано-
вимся на некоторых их характеристиках. Во-первых, в отли-
чие от перечисленных выше семантических категорий зна-
ков, являющихся дескриптивными терминами, специфиче-
скими для различных научных теорий и областей познания
вообще, логические константы имеют общетеоретический
характер. Они употребляются, например, в высказываниях и
в формулировках понятий различных теорий, то есть играют
специфически логическую роль. С этой их особенностью
связана и вторая — а именно то, что в отличие от дескрип-
тивных терминов они относятся не к конкретному, а к логи-
ческому содержанию мысли. Эта их роль проявляется в том,
что они сохраняются при выделении логических форм мыс-
ли, когда мы отвлекаемся от конкретных значений дескрип-
тивных терминов. В сочетании со значениями дескриптив-
ных терминов логические константы составляют конкретное
содержание мысли.
С помощью логических связок из одних предложений
или свойств, отношений образуются новые сложные предло-
70
жения (соответственно, свойства, отношения), а тем самым
отражаются более сложные отношения действительности.
Например, «Луна является спутником Земли и представляет
остывшее небесное тело», «Если по проводнику проходит
ток, то вокруг него существует магнитное поле». Из свойств
(для чисел) «четное» и «простое» образуем сложное свойство
«четное и простое» (например, принадлежащее числу 2); ана-
логично — «простое или четное», «отец и брат». Сложнее
дело обстоит с операторами. Например, посредством опера-
тора «тот, который» образуется описательное единичное
имя, «то натуральное число, которое является четным и про-
стым». Оператор «всякий», примененный к так называемой
высказывательной форме (называемой в логике предикатом,
а в лингвистике, как иногда и в логике, неопределенным
предложением) «Человек нуждается в пище» образует пред-
ложение (в данном случае, очевидно, истинное, но в других
случаях, возможно, и ложное): «Всякий человек нуждается в
пище».
Из высказывательной формы «Жидкости являются хими-
чески простыми веществами» с помощью оператора «неко-
торый» получаем высказывание (тоже, очевидно, истинное):
«Некоторые жидкости являются химически простыми ве-
ществами».
По существу, мы охарактеризовали связки и операторы,
как некоторые функции (более подробно — по крайней мере
для логических связок — см. в §7). Эти функции, собствен-
но, и составляют предметные значения логических констант
как знаков. А характеристики этих функций составляют
смыслы или — логические содержания вообще.
• V. ПРЕДЛОЖЕНИЯ — знаки особого рода — повествователь-
ные, вопросительные, побудительные предложения.
Поскольку речь здесь идет о логическом анализе языка
как средства познания, нас интересуют прежде всего повес-
твовательные и, в определенной мере, вопросительные пред-
ложения. С вопросом об их предметных значениях связаны,
как уже упоминалось, определенные трудности (§ 5). Что ка-
сается повествовательных предложений, то их предметными
значениями согласно распространенной в логике концепции
являются такие абстрактные объекты как истина и
71
ложь. Такое представление полезно как некоторое упроще-
ние, удобное при построении формализованных логических
языков определенного вида. Однако такую точку зрения не-
льзя считать верной по существу.
Скорее нужно считать, что осмысленное — выражающее
некоторое суждение — повествовательное предложение, как
знаковая форма указанного суждения, имеет в качестве
предметного значения некоторую ситуацию, наличие или от-
сутствие которой утверждается в суждении. Суждение, кото-
рое выражается некоторым повествовательным предложени-
ем, составляет собственный смысл последнего.
Ясно, что одно и то же суждение может иметь разные
знаковые формы, тем более в разных языках. Все эти знако-
вые формы имеют один и тот же смысл. В этом случае их
можно назвать синонимичными (правда, в лингвистической
практике синонимичными называют обычно различные од-
носмысленные выражения в пределах одного языка). Сужде-
ние, взятое вместе со знаковой формой, в логике принято
называть высказыванием.
К сказанному добавим, что суждение представляет собой
собственный смысл предложений. Приданные смыслы име-
ют, по-видимому, только неполно выраженные предложения,
в частности, назывные и безличные.
Мы не будем далее вдаваться в подробности по вопросу о
семантических характеристиках предложений как знаков,
учитывая отмеченную неразработанность вопроса об основ-
ных характеристиках предложений как знаков. Особенно
неясно, например, каково предметное значение вопроситель-
ных предложений. В некоторой мере какие-то из этих про-
блем, возможно, прояснятся при рассмотрении суждений и
вопросов как особых форм мышления.
Подводя итоги анализа семантических категорий, повто-
рим, что все знаки категорий I—IV используются в составе
предложений. При этом знаки I—III называют дескрип-
тивными (описательными) терминами в отличие от IV —
логических терминов.
От значения логических терминов зависит логическая
структура (форма) мысли, а тем самым и ее логическое со-
держание. Значения дескриптивных терминов в совокупнос-
ти с логическими определяют конкретное содержание мыс-
ли.

| распечатать

Другие новости по теме:

Другие новости по теме: