Аскетический идеал и сущность религии

Время: 21-02-2013, 14:29 Просмотров: 960 Автор: antonin
    
15. Аскетический идеал и сущность религии
Ницше порой исходит из того, что уместно провести различие между двумя или даже несколькими типами религий. В этом слу-чае религия оказалась бы существенно не связанной ни со зло-памятностью, ни с нечистой совестью. Дионис — один из богов. “Я почти не сомневался в том, что существуют многочисленные разновидности богов. Среди них немало таких, которые кажутся неотделимыми от некоей халкионичности, некоей беспечности. Легкие ноги, быть может, принадлежат к числу атрибутов боже-ственности” . Ницше не перестает говорить, что есть активные и жизнеутверждающие боги, активные и жизнеутверждающие ре-лигии. Всякий отбор предполагает религию. Следуя своему ме-тоду, Ницше признает множественность смысла религии, зави-сящую от различных сил, каковые могут завладеть последней: имеется также и религия сильных, и смысл ее глубоко связан с отбором и воспитанием. Более того, если рассматривать Христа как личностный тип, отличая его от христианства как коллек-тивного типа, то следует признать, до какой степени Христос свободен от злопамятности, от нечистой совести; он определя¬ется радостной вестью, он представляет нам вовсе не христианс¬кую жизнь, так же, как христианство представляет нам не Хрис¬тову религию .
Но эти типологические ремарки грозят скрыть от нас самое существенное. Не то чтобы типология была несущественной, но хороша лишь та типология, которая учитывает следующий прин-цип: высшую степень, или сродство сил. (“Во всякой вещи важ¬ны лишь высшие степени”.) У религии столько же смыслов, сколько существует сил, способных ею завладеть. Но и сама ре¬лигия есть сила, находящаяся в большем или меньшем сродстве с силами, ею завладевающими, или с теми, которыми завладева¬ет она сама. Коль скоро религия находится во власти сил иной природы, она не достигает своей высшей и единственно важной степени, того уровня, на котором она перестанет быть только средством. Напротив, когда она побеждена силами одной с ней природы или же когда, возрастая, она овладевает этими силами и сбрасывает иго тех, что господствовали над ней в период ее дет¬ства, — тогда она открывает собственную сущность на высшей степени своего развития. Однако всякий раз, когда Ницше гово¬рит нам об активной религии, религии сильных, религии без зло¬памятности и нечистой совести, речь идет о состоянии, когда религия как раз оказывается покоренной силами совершенно иной природы, нежели ее собственная, и не может снять с себя маску: религия как “метод отбора и воспитания в руках филосо-
щий смысл язычества как религии: VP, IV, 464 — Активный смысл гре¬ческих богов: GM, II, 23.— Буддизм, религия нигилистическая, но ли¬шенная духа мести и чувства вины: АС, 20—23; VP, 1,342—343. — Лич¬ностный тип Христа, отсутствие в нем злопамятности, нечистой со¬вести и идеи греха: АС, 31—35, 40—41.— Знаменитая формула, в ко¬торой Ницше подводит итог своей философии религии: “В сущнос¬ти, опровергнут только моральный Бог”, VP, III, 482; III, 8. — На все эти тексты опираются комментаторы, желающие превратить атеизм Ницше в умеренный или даже примирить Ницше с Богом.
фов” . Даже для Христа религия как верование и вера остается силой, всецело подчиненной той практике, которая одна дает “ощущение собственной божественности” . Напротив, когда ре-лигии случается “действовать суверенно и самодержавно”, ког¬да другим силам приходится заимствовать у нее маску, чтобы вы-жить, ей неизменно платят “тяжкую и ужасную цену” — в тот мо-мент, когда религия обретает собственную сущность. Вот почему, согласно Ницше, религия, с одной стороны, и нечистая совесть, зло¬памятность — с другой, сущностно связаны. Рассмотренные в их грубом состоянии, злопамятность и нечистая совесть представля¬ют реактивные силы, овладевающие отдельными элементами ре¬лигии, чтобы освободить их от ига, под которым их держали ак¬тивные силы. В естественном д ля них состоянии, злопамятность и нечистая совесть представляют реактивные силы, покоряемые и развиваемые самой религией, которая добивается нового суве¬ренитета. Злопамятность и нечистая совесть — вот высшие степе¬ни религии как таковой. Изобретатель христианства не Христос, а апостол Павел, человек нечистой совести, злопамятный чело¬век. (Вопрос “Кто?” в применении к христианству .)
тип разновидность механизм
Греза и опьянение Возбудители жизни, сти-муляторы воли к власти
Сознание: Система реак-тивного аппарата, в кото¬рой реактивные силы реа¬гируют на возбуждение Различие между следом и возбуждением (вытесне¬ние памяти следов)
Активный тип: господин (активные силы одержива¬ют верх над реактивными; реактивные силы задей-ствованы) Культура: родовая деятель-ность, посредством кото¬рой дрессируются и усми-ряются Механизм насилия: вне-шний смысл страдания; установление отношений должник—взаимодавец; ответственность—долг
Триумф реактивных сил
Типологический аспект: смешение (смешение ре-активных сил)
Злопамятность Типологический аспект: переворачивание (перево-рачивание ценностей или соотношения сил)
Реактивный тип: раб (реак-тивные силы одерживают верх над активными; они торжествуют, не образуя более мощной силы) Типологический аспект: выворачивание (интерио-ризация силы)
Нечистая совесть (интери- роризация) Типологический аспект: изменение направления (интериоризация страда¬ния посредством измене¬ния направления злопа-мятности)
Аскетический идеал Средства, делающие пере-носимыми нечистую со-весть и злопамятность. Выражение воли к небы¬тию.

принцип продукт качество воли к власти
Аполлон и Дионис Художник Утверждение
Способность к забвению (как регулятивный прин-цип) Благородный человек
Способность к запомина-нию: речевая память (как телеологический принцип) Суверенный индивид, за-конодатель

Память на следы: усиление памяти на следы; смешение возбуждения со следом Человек, который не в си-лах ничего закончить
Первая фикция: реактив¬ная проекция перевернуто¬го образа Вечный обвинитель Неблагородный
Активная сила, отделенная от собственных возможно-стей Человек, приумножаю¬щий собственные страда¬ния
Вторая фикция: реактивная проекция долга; узурпация культуры и формирование стад Виновный человек: внут-реннее чувство страдания, ответственность—винов-ность. Одомашненный че-ловек. Незаконодатель Отрицание
Третья фикция: постулиро-вание потустороннего мира Аскетический человек Не художник

Религия — не только сила. Реактивным силам не пришлось бы торжествовать победу, доводя религию до высшей степени ее развития, если бы религия, со своей стороны, не одушевлялась некоей волей, в свою очередь ведущей их к триумфу. На третьем этапе Ницше размышляет об аскетическом идеале, обособлен¬ном от злопамятности и нечистой совести. Но аскетический иде¬ал был представлен и с самого начала. Аскетический идеал, в пер¬вом смысле, означает комплекс злопамятность—нечистая со¬весть: он скрещивает первую со второй, усиливая этим обеих. Во- вторых, он выражает совокупность средств, с помощью которых болезнь злопамятности и муки нечистой совести обретают жиз-неспособность, более того, организуются и распространяются; аскетический священник — сразу и садовник, и скотовод, и пас-тух, и врач. Наконец, и в этом его глубочайший смысл, аскети-ческий идеал выражает волю, обеспечивающую триумф реактив-ных сил. “Аскетический идеал выражает некую волю” . Мы вновь сталкиваемся с идеей фундаментального сообщничества (не тож¬дества, но сообщничества) между реактивными силами и опре-деленной формой воли к власти . Реактивные силы никогда не победили бы без воли, развертывающей проекции и организую¬щей необходимые фикции. Фикция потустороннего мира в ас-кетическом идеале: вот чем сопровождаются проявления злопа-мятности и нечистой совести, вот что позволяет обесценивать жизнь и все активное в ней, вот что придает миру ценность ви-димости или небытия. Фикция иного мира уже присутствовала в других фикциях как условие, сделавшее их возможными. Напро-тив, воля к небытию сама нуждается в реактивных силах: она не только переносит жизнь исключительно в реактивной ее форме, но и нуждается в реактивной жизни как в средстве, с помощью которого жизнь должна себе противоречить, отрицать и уничто-жать себя. Чем были бы реактивные силы, отделенные от воли к небытию? А чем была бы сама воля к небытию без реактивных сил? Она, возможно, стала бы чем-то совсем другим, нежели то, в качестве чего мы ее видим. Следовательно, смысл аскетичес¬кого идеала таков: выражать сродство реактивных сил с ниги¬лизмом, выражать нигилизм как “двигатель” реактивных сил.

| распечатать

Другие новости по теме:

Другие новости по теме: