Искусство

Время: 21-02-2013, 14:19 Просмотров: 756 Автор: antonin
    
14. Искусство
Ницшевская концепция искусства трагична. Она опирается на два принципа, каковые следует понимать как весьма древние, но в то же время и как принципы будущего. Сначала искусство вы¬
ступает как противоположность “незаинтересованной процеду¬ры”: оно не исцеляет, не успокаивает, не возвышает, не способ¬ствует забвению выгоды, не “отсрочивает” ни желание, ни ин¬стинкт, ни волю. Искусство, напротив, есть “стимулятор воли к власти”, “возбудитель воли”. Нетрудно уловить критический смысл этого принципа: он изобличает всевозможные реактив¬ные концепции искусства. Когда Аристотель рассматривал тра¬гедию как медицинское очищение или как моральное возвыше¬ние, он проявлял к ней интерес, однако интерес этот смешивал¬ся с интересом реактивных сил. Когда Кант отличает прекрас¬ное от любого — даже морального — интереса, он все еще стоит на точке зрения реакций зрителя, но зрителя все менее талант¬ливого, способного созерцать прекрасное разве что незаинтере¬сованным взглядом. Когда Шопенгауэр разрабатывает свою кон¬цепцию незаинтересованности, он, по собственному признанию, обобщает личный опыт, опыт молодого человека, для которого искусство (как для иных — спорт) служит средством успокоения полового инстинкта1. Сейчас более, чем когда-либо, актуален поставленный Ницше вопрос: кто созерцает прекрасное незаин¬тересованным взглядом? Об искусстве всегда судят с точки зре¬ния зрителя, причем такого, в котором остается все меньше черт художника. Ницше провозглашает эстетику творения, эстетику Пигмалиона. Но почему именно с этой новой точки зрения ис¬кусство предстает как стимулятор воли к власти? Почему воля к власти нуждается в возбудителе, ведь ей не нужны ни мотив, ни цель, ни представление? Потому что она может выступать в ка¬честве утверждающей лишь в связи с активными силами, с ак¬
тивной жизнью. Утверждение есть продукт мысли, предполага-ющей активную жизнь как условие и сопутствующее обстоятель-ство. Согласно Ницше, еще никто не понял, что означает жизнь художника: активность этой жизни стимулирует утверждение, содержащееся в самом произведении искусства, волю к власти художника как такового.
Второй принцип искусства состоит в следующем: искусство есть высшая степень ложного, оно превозносит “мир как заблуж-дение”, освящает ложь, превращает волю к обману в высший идеал . Этот второй принцип является как бы обратным по от-ношению к первому; активное в жизни нельзя задействовать ина-че, как через связь с более глубоким утверждением. Активность жизни выступает как ложное, возведенное в степень, как одура-чивание, утаивание, внушение беспочвенных надежд, соблазне¬ние. Но, чтобы реализоваться, эта степень ложного должна быть подвергнута отбору, удвоена или воспроизведена, то есть — воз-ведена в еще более высокую степень. Степень ложного следует довести до воли к обману, до художественной воли, единственно способной соперничать с аскетическим идеалом и успешно ему противостоять . Искусство как раз и выдумывает такую ложь, ко¬торая возводит ложное в эту наивысшую утвердительную степень, оно и превращает волю к обману в нечто утверждающееся в этой степени ложного. Видимость для художника означает уже не от¬рицание реального в этом мире, но вышеупомянутые отбор, ис¬правление, удвоение, утверждение . Тогда, возможно, и истина принимает новый смысл (signification). Истина есть видимость. Истина означает осуществление власти, возведение в наивысшую степень. По Ницше, мы, художники = мы, искатели познания, или истины = мы, изобретатели новых возможностей жизни.

| распечатать

Другие новости по теме:

Другие новости по теме: