5.РАЗВИТИЕ ВЗГЛЯДОВ НА МАТЕРИЮ В РОССИИ И ВО ФРАНЦИИ В XVIII в.

Время: 24-11-2012, 01:30 Просмотров: 968 Автор: antonin
    
5.РАЗВИТИЕ ВЗГЛЯДОВ НА МАТЕРИЮ В РОССИИ И ВО ФРАНЦИИ В XVIII в.
В дальнейшем развитии философских и физических взглядов на материю в XVIII в. большую роль сыграли в России М. В. Ломоносов (1711—1765) и А. Н. Радищев (1749—1802), а в Западной Европе — французские мате¬риалисты.
Материю М. В. Ломоносов рассматривает как неунич-тожимую субстанцию, которой присущи следующие важнейшие физические свойства: протяженность, сила инерции, непроницаемость и механическое движение.
В вопросе о строении материи ой придерживался атомистической теории. Развивая атомистику Эпикура и Лукреция, Бойля, Галилея, Ньютона и Гассенди, Ломоно¬сов разработал общие основы химической атомистики как конкретного естественнонаучного учения, приложенного к объяснению химических явлений.
Матриальны, по Ломоносову, не только атомы, но и пространство, заполняющее межатомные промежутки. Эти промежутки заполнены эфиром — материальной средой, обладающей определенной структурой и своим движением обусловливающей сцепление частиц тела, передачу тепла, света и т. д.
В учении о строении вещества новое у Ломоносова заключается в признании качественного различия физи¬ческих частичек. Физические частички, по Ломоносову, бывают двух родов: «элементы» — то, что мы сейчас называем атомами, и «корпускулы» — то, что мы называ¬ем молекулами. «Элемент,— писал он,— есть часть тела, не состоящая из каких-либо других меньших и отличаю¬щихся от него тел»; «корпускула есть собрание элементов, образующее одну малую массу» .
Отмечая качественное различие тел, М. В. Ломоносов делал вывод о существовании соединений первого, второго и третьего порядка. «Октавные части,— указывал он,— нередко сами являются телами, сложенными из других разнородных тел... Составные части такого рода мы на¬зываем составными частями второго порядка; а если последние, в свою очередь, смешанные тела, то составные части последних мы именуем составными частями третье¬го порядка» .
Свою гипотезу атомно-молекулярного строения веще¬ства Ломоносов распространил на все известные в то время физические и химические явления. Исходя из атомистических представлений, он писал о единстве всех тел в природе. Все тела и явления имеют общие свойства и закономерности, а также механичеокие взаимосвязи между собой. Органические и неорганические тела отли¬чаются друг от друга, но состоят из одних и тех же хими¬ческих составных частей и подчиняются общим законам.
Ломоносов развивает материалистическое положение о неуничтожимое™ и несотворимости вещества. При этом он не ограничивается общефилософской постановкой во¬проса, а экспериментально доказывает правильность этого положения. Опытами по сжиганию металлов в за¬крытых сосудах Ломоносов показывает ложность предпо¬ложения Бойля, что 'при сжигании тел к ним присоеди¬няется некое нематериальное вещество — флогистон. На основании этих опытов Ломоносов впервые доказал, что вес или масса ■веществ, вступающих в реакцию, равен весу или массе вещества, полученных после нее. Закон сохранения массы вещества стал основным законом хи¬мии и явился одним из естественнонаучных доказа¬тельств материалистического положения о вечности, не- сотворимости и неразрушимости материи.
Материю Ломоносов рассматривал в единстве с движе-нием. И в этом вопросе он пошел дальше своих предше-ственников. Заслуга его заключалась в том, что ои счи¬тал закон сохранения вещества и закон сохранения дви¬жения неразделимыми и определял их как всеобщий за¬кон природы.
«...Все перемены, в натуре случающиеся,— писал Ло-моносов,— такого суть состояния, что, сколько чего у од¬ного тела отнимется, столько присовокупится к другому, так, ежели где убудет несколько материи, то умножится в другом месте; сколько часов положит кто на бдение, столько ж сну отнимет. Сей всеобщий естественный за¬кон простирается и в самые правила движения, ибо тело, движущее своею силою другое, столько же оныя у себя теряет, сколько сообщает другому, которое от него движе¬ние получает» .
В этой формулировке всеобщий фундаментальный за¬кон природы охватывает всю совокупность сохранения свойств материи.
«Значение и особенность начала, провозглашенного Ломоиосоым,—писал С. И. Вавилов,—состояли не только в том, что этим началом утверждались законы сохранения и неуничтожаемости материи, движения и силы в отдель¬ности... В отличие от своих предшественников, Ломоносов говорит о любых „переменах, в натуре случающихся", об их общем сохранении, и только в качестве примеров он перечисляет отдельно взятые сохранение материи, сохра¬нение времени, сохранение силы»49.
В определении этого всеобщего закона природы ярко проявляется противоположность взглядов Ломоносова на материю грубо метафизическим взглядам «ьютонианцев, считавших материю пассивной, инертной. Ломоносов от-бросил ньютоновское представление о том, что движение есть нечто внешнее по отношению к материи, сотворимое и уничтожаемое. Идеи Ломоносова о сохранении движе¬ния, неразрывности материи и движения получили даль¬нейшее глубокое развитие в XIX—XX вв.
Материя, по Ломоносову,— это «то, из чего состоит те¬ло и от чего завиоит его сущность». Определение материи он связывал с ее физико-механической характеристикой и отождествлял ее, как все материалисты XVIII в., с веще¬ством. Однако Ломоносов последовательно отстаивал по¬ложение о том, что как материальный мир в целом, так и епо «элементы», «корпускулы» существуют вне и незави¬симо от сознания. Ломоносов исходил из познаваемости материального мира, вел борьбу против идеалистических и теологических тенденций в физике Декарта и Ньютона, а также критиковал положения Лейбница о духовных, не¬протяженных субстанциях. Отстаивая объективность, ма¬териальность предметов и процессов природы, Ломоносов указывает, что они, действуя на наши органы чувств, вы¬зывают у «ас представление о качествах и свойствах объективного мира. При этом он отбрасывает идеалисти¬ческую теорию о так называемых вторичных качествах и доказывает их объективность, как и «первичных качеств». Они «в тончайших и от чувств наших удаленных частицах свое основание имеют»50.
Внешний мир, материя даны людям в их представ¬лениях и понятиях. Понятие, слово является выра¬жением идей, «... подлинные вещи или действия изо¬бражающих» 51.
Развивая положения об объективности и познаваемос¬ти мира, Ломоносов, однако, не сформулировал философ¬ского понятия материи.
В XVIИ в. Франция стала центром развития и распро-странения материализма и атеизма. Первым выразителем материалистических и атеистических взглядов был сель¬ский священник, утопический коммунист Жан Мелье (1664—1729). Свое учение о материи он противопостав¬лял религиозному тезису о сотворении мира богом, идеа.- листическому положению Декарта о субстанционально¬сти мысли.
Материя, тто Мелье, вечна л бесконечна, никем никог¬да не была создана. Она имеет в самой себе свое сущест-вование и свое движение, и, следовательно, нет надобности искать вне ее принцип ее существования и ее движения52.
Признавая материальность мира, возникновение всего в силу естественных законов движения, благодаря единым лишь конфигурациям, сочетаниям и модификациям частей материи, Мелье стремился тем самым устранить все не-сообразности и нелепости, вытекающие из теории творения мира богом. Материя, учил он,— это то, что находится во всех вещах, она состоит из бесчисленных мельчайших ча-стиц, которыми заполнено все пространство. Двигаясь в этом пространстве в силу своей внутренней природы, а не по внешним причинам, частицы сталкиваются, соединяют¬ся на разные лады и образуют все многообразие вещей. Материя основная, субстанциональная причина всего су-ществующего. Она существует вне и независимо от созна¬ния человека и человечества и не допускает существова¬ния надприродных сил. Материя — это чувственно вос-принимаемое бытие.
Критикуя дуализм Декарта, его положение о субстан-циональности мышления, Мелье заявлял: «Картезианцы думают, что все человеческие мысли суть субстанции, которые могут существовать вне человеческих голов и порхать в воздухе, подобно мушкам»53. Он высмеивал учение о бестелеоности и бессмертии души. Сознание, по его мнению, производио от материи. Это — способность известных существ. Одна и та же материя лежит в основе как неорганического, так и органического мира. Если душа была бы бестелесной и разумной субстанцией, то мы
бы это чувствовали и создавали. Но главное, против чего борется Мелье,— это учение церкви о сотворении мира богом.
Французские материалисты XVIII в. защитили и раз¬вили далее линию материализма. Они опирались на до¬стижения современного им естествознания и, несмотря на его ограниченное состояние, настойчиво пытались объяс¬нить мир из него самого.
Ламеттри, Дидро, Гельвеций, Гольбах — все они признают объективное существование природы, исходят из первичности материи и ее познаваемости.
Гельвеций в борьбе с идеализмом и рационализмом от-вергает существование сверхчувственного и отстаивает объективность чувственных вещей и процессов. Но, борясь против пережитков средневекового реализма — призна¬ния самостоятельного существования общих понятий вне единичных вещей, он утверждает только одну сторону проблемы: общее существует лишь в единичном, и мета-физически игнорирует другую сторону, что, как указывал В. И. Ленин, «...отдельное не существует иначе как в той связи, которая ведет к общему» .
Материю Гельвеций сводит к сумме отдельных вещей. Однако эмпирическая односторонность не колеблет его материалистической посылки об объективном существова-нии реальных тел, без которых не могут возникнуть ощу-щения. Источником человеческих ощущений являются внешние тела, существующие вне и независимо от ощу-щений.
Другое направление французских материалистов, пред-ставленное Ламеттри и Дидро, развивая материалистиче-скую линию физики Декарта, исходило из понятия единой материальной субстанции. Дидро критиковал представле-ние о существовании двух субстанций и дуализма тела и души и рассматривал все вещи и явления внешнего мира как различные виды бытия единой материальной субстан¬ции. Материальная субстанция, по Ламеттри, существует в формах неорганического, растительного и животного царства, к последнему принадлежит и человек.
Заслуга французских материалистов состояла в том, что они продолжали развивать положение о неразрывной связи материи и движения, о самодвижении материи.
II. Гольбах определяет природу как единство матерйй п движения. «Вселенная — это колоссальное соединение всего существующего,— писал Гольбах,— представляет нам повсюду лишь материю и движение... Разнообраз¬нейшие вещества, сочетаясь на тысячу ладов, непрерывно получают и сообщают друг другу различные движения Различные свойства этих веществ, их различные сочета¬ния, их разнообразные способы действия, являющиеся необходимыми следствиями этого, составляют для нас сущность всего существующего, и от различия этих сущ-ностей зависят различные порядки, категории или систе¬мы, занимаемые этими существами, совокупность кото¬рых составляет то, что мы называем природой» .
В определении вселенной, природы как единства мате-рии и движения и в ряде других вопросов французские материалисты высказали ряд догадок, выходящих за пре¬делы современной им науки. Будучи воинствующим атеи¬стом и непримиримым врагом религии и мракобесия, вы¬соко ценя бессмертного Ньютона за его объяснение движе¬ния небесных тел как следствия взаимного тяготения, П. Гольбах тем не менее не может согласиться с ним, что материя инертна по своей природе и нуждается в перво¬толчке.
Материалистическая последовательность в борьбе с ре-лигиозным мировоззрением объясняет несогласие П. Голь-баха с утверждением современной ему науки о необъясни-мости причины тяготения. «Физики и сам Ньютои считали необъяснимой причину тяготения, однако, кажется, ее можно было бы вывести из движения материи, которым различно детерминируются тела. Тяготение —это лишь некий вид движения...» 88.
«Если бы к наблюдению природы подходили без пред-рассудков, то давно бы убедились, что материя действует по своим собственным силам и не нуждается ни в каком внешнем толчке, чтобы быть приведенной в движение...» .
Если материя существует вечно и движение располо¬жило ее в известном порядке, сообщило ей все те формы, которые она сохраняет и сейчас, замечает Дидро, то Нё нужен миф о творении Вселенной богом.
Присоединяясь к материалистам XVII Б., утверждав¬шим, что тело обладает протяженностью, он писал, что движение есть «такое же реальное свойство, как длина, ширина... Я, физик и химик, который берет тела такими, какими они бывают в природе, а не в моей голове,— я вижу их жизнедеятельными во всем их разнообразии, одаренными свойствами, способностью к действиям и под¬вижными как во Вселенной, так и в лаборатории...»58.
Дидро под материей понимал совокупность молекул. Каждой молекуле присущ внутренний источник движения. Молекула одушевлена тремя родами действий: действи¬ем тяжести, действием ее интимной силы и действием всех других молекул на нее. Только о внутренней, ин¬тимной силе можно сказать, что она «не иссякает; она не¬изменна, вечна». Материя, по Дидро, разнообразна, гетерогенна. В природе существует бесконечное коли¬чество разнообразных элементов, и у каждого из этих элементов благодаря его разнообразию имеется своя особая, внутренняя, непреложная, вечная, неразруши¬мая сила.
В «Разговоре Даламбера с Дидро» последний излагает мысли о превращении неорганической материи в органи-ческую, о переходе от существа, способного ощущать, к существу мыслящему.
Французские материалисты учили, что материя и дви-жение несотворимы и неуничтожимы. Материя сущест¬вует в вечном и бесконечном движении в пространстве и времени. Однако оии не вышли за рамки механического понимания движения: качественные изменения сводили к количественному росту; не дошли до понимания внутрен¬ней противоречивости явлений как источника движения. Поэтому французские материалисты не могли ответить на вопрос, откуда и как появилась биологически организован¬ная материя и ее высшее свойство — сознание. Они пред-полагали, что сознание произошло не как продукт законо-мерного развития материи, а в результате случайно воз-никшего особого расположения частиц материи. Но и здесь ими были высказаны гениальные догадки.
Дидро признавал ощущение одним из свойств движу-щейся материи. Материя обладает чувствительностью, которая в неорганической природе, полагал он, находится в скрытом состоянии и обнаруживается в полной мере в живой природе, превращаясь в активную чувствитель¬ность— основу всех явлений соанаиия.
В гносеологической трактовке материи Дидро отстаи¬вал объективное существование предметов вне человече¬ского сознания и отмечал, что в этом нас убеждает опыт. Объект «аших знаний, по его определению,— природа, а не ощущения. Задача ученого допросить ее; физик и хи¬мик должны брать тела такими, какими они бывают в природе.
В. И. Ленин высоко ценил борьбу Дидро против идеа-лизма, и в частности, против Беркли. «Дидро,—'указывал Ленин,— отчетливо противопоставил основные философ-ские направления» .
К обобщенному материалистическому определению материи как философской категории близко подходил Гольбах. Под материей он понимал «все то, что воздейст-вует каким-нибудь образом на наши чувства, а качества, приписываемые нами различным веществам (matieres), обосновываются на различных впечатлениях или различ¬ных изменениях, производимых ими в нас» . При этом несомненно, что «все то, что воздействует...», существует объективно вне и независимо от сознания человека. Одна¬ко в определение материи Гольбах не включил указания на ее основное свойство — быть объективной реаль¬ностью. Кроме того, специфические свойства определен¬ных видов материи, такие, как, например, твердость не¬проницаемость, делимость и т. д., рассматриваются им в качестве абсолютных, универсальных свойств, т. е. свой¬ство «быть объективной реальностью» отождествляется с определенными физическими свойствами.
Вплотную подойдя к разграничению естественнонауч-ного представления о строении материи и ее определения как философской категории, Гольбах в дальнейших рас-суждениях отождествляет материю с веществом и заме¬чает, что человек, животные и растения отличаются от
камня и солнца «лишь по своим элементарным веществам, по сочетаниям и пропорциям этих веществ, порождающим бесконечное разнообразие способов существования и действия» .
В России в конце XVIII в. непосредственным продол-жателем материалистической линии Ломоносова был
А. Н. Радищев (1749—1802). В своих взглядах на мате¬рию он опирался лак на материалистические положения своих предшественников з Росоии, так и на взгляды ма¬териалистов Западной Ев.ропы XVII—XVIII вв., в особен¬ности французских, а также и на данные естественных наук.
Несмотря на элементы деизма и противоречивые вы-сказывания об отношении души к телу, Радищев дал в общем материалистическое решение основного вопроса философии. В ряде работ он отстаивает мысль о незави-симости природы, материального мира, бытия вещей от человеческого сознания. Само человеческое сознание, мысль, чувственность — то, что называют душой, писал Радищев,— суть произведения вещества, телесности. Од¬нако душа не вещество, ио свойство его; это ие сила маг¬нитная, не сила электрическая, не сила притяжения, а нечто другое.
Критикуя идеалистические и дуалистическ1 е взгля¬ды на душу, Радищев отмежевывается от идей вульгар¬ного материализма, а также от положения о всеобщей одушевленности материи.
Исходя из ломоносовского всеобщего закона сохране¬ния материи и движения, Радищев утверждает, что мате¬рию нельзя «и создать, ни уничтожить, она не может исчезнуть, а только меняет свою форму, переходит из одного «начального состояния» в другое «начальное состо¬яние». Так же неуничтожимо движение. Все в мире дви¬жется; движение есть неотъемлемое свойство веществен¬ности, материи. Однако движение Радищев понимает механистически. Ои сделал попытку дать теоретическое определение понятия материи как абстракции от конкрет¬ных материальных тел. Окружающие в природе нас вещи, отмечает Радищев, «...называются телами, а общее, или отвлеченное от них понятие, назвали вещество,
материя» . Условиями, формами существования материи являются пространство и время.
Категория материи рассматривается Радищевым, как и всеми домарксовскими материалистами, преимущест¬венно с онтологической стороны: материя отождеств¬ляется с веществом.

| распечатать

Другие новости по теме:

Другие новости по теме: