Кредит, обмен и мораль

Время: 25-02-2013, 18:22 Просмотров: 873 Автор: antonin
    
Кредит, обмен и мораль
. Исходный пункт общественной жизни Ницше видит в отношениях куплипродажи, обме¬на. Справедливость — это мера: все должно быть оплачено. Этот принцип лежит в основе взаимоотношения людей: если живешь в общине, пользуешься ее защитой, то закла¬дываешь себя коллективу, имеешь обязательства перед ним. В противном случае имеет место обман, и община за-ставляет уплатить сторицей. Если преступник изгонялся из общины, то лишался ее защиты, и вследствие этого поги¬бал или попадал в рабство. «С усилением власти,— пишет Ницше,— община не придает больше такого значения пре¬грешениям отдельных лиц. злодей не объявляется больше „вне закона“ и не изгоняется.»174 Справедливость, таким образом, самоупраздняется милостью. Преступлениепо каяниепрощение выступает как форма реализации спра¬ведливости в развитой общине.
Как моральное существо человек стремится получить выгоду, принося в жертву самого себя. Это кажется нелепо¬стью. Если человек придерживается принципа полезности и ищет выгоду для себя, то как разумный эгоист он не мо¬жет жертвовать собою. На самом деле, мораль вписана в экономику обмена: отказываясь от «прожигания жизни», сдерживая свои желания, человек думает, что извлекает из этой инвестиции максимальный барыш: спасение, вечную жизнь или, по меньшей мере, безопасное существование здесь, на этой земле. Но кому полезна мораль — вот глав¬ный вопрос? Очевидно, что она является формой обмана.
Возможен ли честный обмен? Мораль опирается на раз-личие добра и зла, которое каждый человек проводит посвоему. Тот, кто доверяет моей морали, рискует попасть в зависимость от меня. Но он делает это вполне сознатель¬но, ибо, вверяя себя другому, надеется на защиту. Христи¬анская мораль является нечестным обменом (тот, кого на¬зывают абсолютным защитником, никого не защищает) — от нее не получают выгоды ни человек, ни Бог. Барыш, по¬лагал Ницше, достается священникам. Современное раб¬ство — это не принудительный труд и не бесправие, а со¬стояние души. Если оглядеться, то среди нас немало лю¬дей, в том числе интеллигентных, которые непрерывно завидуют и осуждают тех, кто добился большего успеха и достатка, чем они. С одной стороны, такие люди, наделены ограниченным чувством меры собственных возможностей, полагая, что «уши выше лба не растут»: они «знают свое место» и не пытаются подняться выше его. С другой сторо¬ны, они не могут смириться со своим положением и пере¬живают острое чувство неудовлетворенности. Завышенная самооценка и безысходность порождают гремучую смесь злобы, зависти и мстительности, для которой Ницше ис-пользовал слово «ресентимент».
Описание рабского сознания современников было бы неполным без учета того, что Ницше назвал нигилизмом. Самое опасное следствие рабства — неверие в высокие ценности и унылый утилитаризм. Они обусловлены эконо¬мическим обществом, в котором любые действия должны быть целесообразными, полезными, приносящими выгоду. Расчет и обмен сделали мир калькулируемым. Это привело к «разволшебствованию» мира, к утрате религиозности. Как заметил Ницше, начиная с ап. Павла христианство вы¬рождается в направлении аскетической морали, которая порождена экономикой обмена: я посвящаю Богу свою жизнь на этой земле, а он за это обеспечивает мне вечное блаженство на небе. Сам Бог дает этому пример и умирает ради спасения людей! Это и есть первое проявление ниги¬лизма. Речь идет об обесценивании жизни. Не следует ду¬мать, будто своей критикой философии и религии Ницше отрицает высокие ценности, наоборот, он защищает их от утилитаристкой интерпретации. Если Сократ, замечает Ницше, обесценил дионисийский порыв и заменил траги-ческое мировосприятие рационализмом и морализмом, то мы пошли еще дальше и обесценили христианского Бога, а заодно и метафизику. Рабский Бог соответствует рабскому государству и человеку с рабским сознанием. Наоборот, прирожденный господин — это человек, который готов взять на себя ответственность и отстаивать свою позицию. Такой человек способен принимать и выполнять решение, наказать наглеца и заботиться о женщине и ребенке. «Его достоянием,— грезил Ницше,— охотно делаются слабые, страждущие и угнетенные»175. Современный человек утра¬тил мужественность. Он более чувствителен и способен к состраданию, но в выражении этих чувств проявляет от¬вратительную невоздержанность.

| распечатать

Другие новости по теме:

Другие новости по теме: